Итак, Хафид продолжал ждать в своем опустевшем дворце, продолжал ждать того человека, который должен получить свитки. В обществе своего верного счетовода старик наблюдал смену времен года, старческая немощь отдалила его от всяких дел, и он спокойно сидел в своем крытом саду. Он ждал.
С того момента, когда он раздал свои богатства и распустил торговую империю, прошло еще три года. Тогда-то со стороны восточной пустыни в Дамаск вошел с виду невзрачный хромой незнакомец и проследовал прямо к дворцу Хафида. На пороге его остановил Эрасмус, как всегда вежливый и учтивый. Посетитель произнес: "Мне нужно поговорить с твоим хозяином".
Внешность незнакомца не внушала доверия. Рваные сандалии были привязаны веревкой, на загорелых ногах - множество царапин и ран, широкая набедренная повязка из верблюжьего волоса свисала лохмотьями. Длинные волосы этого человека были спутаны, а глаза, покрасневшие от солнца, казались светящимися изнутри.
Незнакомец сбросил с плеча сумку и умоляющим жестом протянул руки к Эрасмусу: "Прошу тебя, добрый человек, устрой мне встречу с твоим хозяином. У меня нет дурных намерений, и я не пришел за милостыней. Пусть он только выслушает меня, и, если ему не понравятся мои слова, я тут же уйду".
