В прошлый раз мне был задан гениальный вопрос, с которого и хотелось бы сегодня начать. Смысл вопроса примерно таков. Мы рассуждаем здесь о постфукуямовской истории, о каких-то будущих формах корпоративного принятия решений, которых то ли вовсе нет на свете, то ли есть, но никто не знает, где их искать. Получается, что мы претендуем на то, чтобы заглядывать в будущее экономики и менеджмента и чуть ли не делать предсказания в этой сфере. Но разве не существует в культуре фундаментального запрета на подобного сорта вольное обращение с историей? Разве люди уже не договорились после неудачного эксперимента с предсказаниями Маркса, что бесполезно пытаться угадать будущие формы общества, и в частности формы экономики, менеджмента и т.д.?
Этот вопрос я задавал себе очень давно, и на него мы с коллегой В. Криворотовым дали в начале 80-х гг. вполне определенный ответ. Но я этот вопрос сейчас переформулирую несколько конкретнее.
Как мне уже приходилось говорить, Френсис Фукуяма провозгласил, что в самых прогрессивных западных странах история закончилась. Правда, она еще не закончилась в джунглях тропической Африки и кое-где в Евразии. Однако все остальные страны постепенно подтягиваются к этому установившемуся окончанию, где все ясно и с бизнесом, и с менеджментом, где понятно, сколько существует типов ценных бумаг и каковы формы налогообложения. Но ведь это утверждение можно понимать совершенно по-разному.
